Арбитражный суд Московского округа отказал в освобождении от долгов Томасу Джеймсу, который оформил три кредита на 14,5 млн рублей в один день и уволился спустя десять дней, что свидетельствует о его недобросовестности.
Томас Джеймс прошел процедуру банкротства, в рамках которой нижестоящие суды освободили его от долгов. Однако «Промсвязьбанк» не согласился с таким исходом и обратился в Арбитражный суд Московского округа, указав на недобросовестное поведение гражданина при получении займов. Суд установил, что Джеймс оформил три кредита в разных банках в один день на общую сумму 14,5 млн рублей. Ежемесячные платежи превышали его официальный доход. Спустя десять дней после получения денег Джеймс уволился по собственному желанию и не искал новую работу. Кассационная инстанция пришла к выводу о намеренном уклонении от исполнения обязательств. Суд отменил акты нижестоящих инстанций и отказал в освобождении гражданина от долгов (дело А40 260778 2024).
За последний год суды стали намного чаще отказывать должникам — физическим лицам в освобождении от долгов по итогам процедуры банкротства, указывает Ксения Борисова, адвокат адвокатской конторы «Аснис и партнеры». Закон «О банкротстве» (ст. 213.28) устанавливает принцип, в соответствии с которым добросовестный банкрот освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов по завершении реализации имущества.
Одним из исключений из этого правила является случай, когда гражданин при возникновении или исполнении конкретных обязательств перед кредиторами действовал незаконно или недобросовестно. В мае 2025 года Верховный суд вынес прецедентное определение по делу № А03-9272/2023: должник за несколько дней оформил девять потребительских кредитов в восьми разных банках, а впоследствии инициировал процедуру банкротства.
По настоящему делу, отмечает Ксения Борисова, должник совершил схожие недобросовестные действия по получению кредитов в двух банках в один и тот же день, не извещая кредитные организации о данных фактах, что лишило кредиторов возможности получения полной и достоверной информации о действующих обязательствах должника. Суд округа фактически указал, что описанная модель поведения должника должна квалифицироваться как умышленно противоправное действие, исключающее списание долгов.
Несмотря на то, что в деле абсолютно справедливо отказано в списании долгов при выявленных фактических обстоятельствах, имеются опасения в применении указанной правовой позиции судами произвольно. Например, когда вместо юридической оценки добросовестности анализируется разумность поведения, санкция наступает за существование любого долга и прочее. Таким образом, при рассмотрении данной категории споров крайне важно анализировать всю совокупность обстоятельств, связанных с поведением должника.